В Новосибирске музыкальном за первую декаду предновогоднего месяца произошло сразу несколько ярких событий: это и открытие виртуального концертного зала Новосибирской филармонии, и XIII Международный Рождественский фестиваль искусств, в рамках которого жители Новосибирска могли познакомиться с камерными ансамблями «Солисты Москвы» и «Виртуозы Италии», а также услышать Российский национальный оркестр. Новосибирский академический симфонический оркестр, вернувшийся из гастролей по Германии, уже активно готовится к новому туру по городам Китая. Гастрольные программы пройдут под управлением маэстро Ли Бяо с 27 декабря 2019 года по 4 января 2020 года в Цзянсу, Дэчжоу и Пекине, где, по словам самого китайского дирижера, «любят и знают русскую культуру».
Заручившись поддержкой таких мэтров, как Кристоф Эшенбах и Лоуренс Фостер, первоклассный перкуссионист-виртуоз Ли Бяо начал осваивать дирижерскую технику в 2011 году. Ныне он главный дирижер Пекинского симфонического оркестра и профессор Берлинской академии музыки. За последние годы он выступил более чем с 20 всемирно известными оркестрами Европы и Китая. С Новосибирским академическим симфоническим оркестром на сцену ГКЗ им. А. М. Каца он выходит не впервые и помнится публике по исполнению Чайковского и Грига на концерте-открытии XII Международного Рождественского фестиваля искусств.
В традициях абонемента начало музыкального действа развернулось одной из трех симфонических увертюр Антонина Дворжака «Карнавал». Калейдоскоп праздничных образов, жизнерадостности и веселья, оттеняющийся темой природы, которая привносит в музыку ощущение умиротворенности и созерцательности. С первых минут оркестр наполнил зал теплым звучанием, в котором считывались яркость и блеск рельефа музыкального полотна, темпераментность и энергичная собранность. «Дышащая» и пластичная фразировка на контрастах тем окаймляла абрис программности увертюры яркими высказываниями оркестровых групп: образ-эмоция струнных сменялся образом-действием в фанфарной ясности духовых, а соло первой скрипки (концертмейстер оркестра народный артист России Валерий Карчагин) было наполнено безупречной кантиленной красотой звука, расцветающему подобно бутону.
Новосибирский академический симфонический (художественный руководитель и главный дирижер Томас Зандерлинг) — оркестр, способный исполнять с техническим совершенством и мастерски выверенным инструментальным балансом музыку сверхсложную. И первое, на что обращаешь внимание, — на предельную концентрацию групп, необычайную энергетику ансамбля, дифференцирование звучание фактур и, конечно же, неповторимый тембр и голосоведение струнных.
Первый концерт Чайковского, пожалуй, главное сокровище золотых запасов любого пианиста. Несколько претит, когда его называют классическим шлягером или тривиально «первый ПИЧа». Одни скажут — слишком предсказуемый, другие — конкурсно-заезженный. Но в этом и заключается его вторая объективная сложность — исполнить так, как мы еще не слышали, сочетая оркестровую мощь с лирической мягкостью, наполняя индивидуальным интонационно-образным содержанием его щедрую мелодику. Этот концерт практически у всех на слуху и требует от исполнителя невероятной филигранности и отчетливого проговаривания мельчайших деталей. К счастью слушателей, как раз эти качества и отличали Мирослава Култышева — солиста вечера, «одного из самых ярких пианистов нового поколения», как принято о нем говорить. В обширный послужной список наград и достижений молодого пианиста входят как ордена и стипендии, так и выступления на крупных фестивалях, лауреатство многочисленных музыкальных состязаний: он неоднократно становился победителем престижных международных конкурсов, в том числе им. Г. Нейгауза и ХIII Международного имени П. И. Чайковского. Ученик Зоры Цукер и заслуженного артиста РФ, профессора Александра Сандлера, Мирослав Култышев успешно выступает с такими дирижерами, как Валерий Георгиев, Владимир Ашкенази, Юрий Башмет, Гинтарас Ринкявичюс и многими другими. Конечно, слушая Первый концерт Чайковского в его исполнении, сложно было освободиться от мысли, что находишься не на гала-концерте конкурса и, переслушивая запись концерта 2007 года, понимаешь, насколько важно для исполнителя найти истинное «я» в музыке. Есть концерты, эталон звучания которых в сознании удерживает внутренний слух и по начальным аккордам ты предвосхищаешь исполнение всех трех частей. Не нашлось места грохочущим октавным фанфарам, как это периодически случается, зато было благороднейшее фортиссимо, отмеченное индивидуальностью интерпретации, а после случилась самая настоящая магия полного единения солиста с роялем и оркестром. Завораживающая проникновенность, тонкие динамические градации, уверенная исполнительская дикция, выводящая каждое пианиссимо. Хотелось не просто вслушиваться в каждую фразу, но и безотрывно наблюдать за тем, как проживает Мирослав Култышев произведение на сцене. Вместе с маэстро Ли Бяо оркестру удалось преподнести слушателям концерт-откровение, представить яркое претворение в жизнь Первого концерта Чайковского. Умение дышать вместе с солистом, слышать его, являя собой неразрывно цельное — еще одна важная и неотъемлемая черта Новосибирского симфонического. Позволив немного уйти в лирику, признаюсь, что у меня возникла ассоциация со стихотворением Константина Бальмонта: «…И светлый Эльф, созвучностей король, // Ваял из звуков тонкие камеи. // Завихрил лики в токе звуковом. // Они светились золотом и сталью, // Сменяли радость крайнею печалью. // И шли толпы. И был певучим гром. // И человеку бог был двойником. // Так Скрябина я видел за роялью…» И не было предела удивлению, когда Мирослав на бис исполнил ре-диез-минорный патетический этюд Скрябина.
Несомненно, прекрасно, что на выступления Академического оркестра собирается полный зал, и люди, к слову, взяли за правило не аплодировать между частями концертов и симфоний. Но, увы, не складывается впечатления, что подобные мероприятия посещают истинные ценители, что они действительно осознают свое присутствие в святой святых музыкантов и готовы к принятию самого сокровенного. Звенящие по несколько минут телефоны, когда музыканты между частями вынуждены обращать внимание на нерадивых посетителей и ждать, когда дребезжащие звуки наконец-то прекратятся, сидение в гаджетах или хождения по балкону во время исполнения — это ли показатель уважения и заинтересованности? А культура, как известно, начинается с каждого пришедшего в зал. Большая слушательская мечта — чтобы люди, оказывающиеся в стенах филармонии, приходили ради музыки, а не только за показательным посещением учреждения культуры. И если подобные ситуации приносят неудобства другим слушателям, несложно представить, насколько сильно это изводит артистов на сцене.
